Однажды мне позвонил адвокат и без дежурных фраз объявил, что должен оформить права на наследство. Выяснилось, что я получил наследство. Хорошая новость.

Адвокат предложил на выбор время встречи: завтра в 9 утра.

Я понял, что шуток он не понимает. Я вышел вовремя, но он уже ждал на своём блестящем автомобиле и даже нетерпеливо посигналил.

Ехали по ближайшим пригородам Санкт-Петербурга, и я успел размечтаться, что один из этих особняков станет моим. По самым скромным оценкам, худший из этих участков стоит сотни миллионов. Адвокат проигрывал мой вопрос, и я надеялся прочитать фамилию богатого родственника в документах.

Престижный пригород закончился. Ну ладно. Ближайший пригород тоже хорошо — десятки миллионов. Вот тот кирпичный дом. Я был бы счастлив стать его владельцем. Но адвокат проехал мимо, надо понимать, что этот прекрасный дом не станет моим.

Так, мы уже в таких краях, где сотовая связь местами ненадолго появляется, на пару делений. Съехали на грунтовку, ну здрасьте. Въехали в населённый пункт, и я загадал: если не здесь, то я попрошу меня высадить и рыдая пешком пойду домой. Не было наследства и не надо. Слева проезжаем образцовый участок: яблони, дорожки, клумбы с цветами.

«Хоть бы мой!» — подумал я.

На следующем участке — бахча: дыни и арбузы. Я начал прикидывать сколько смогу заработать, продав урожай, но мы проехали мимо бахчи. Значит не моя. Жаль, по моим прикидкам, тыщ на 10 можно было бы наторговать. Следующим был парк. Тоже ничего. Я согласен. Поставлю турникет и буду продавать билеты.

Электрические столбы закончились, и адвокат зачем-то сбавил скорость. А потом и вовсе остановился перед участком, на котором выращивались лопухи, крапива и чертополох. Адвокат зачем-то вышел из автомобиля.

Лопухи никакого энтузиазма не вызывали.

Он уехал, и я остался один на один с наследством.

Больше всего я хотел вернуться в прошлое и не отвечать на звонок адвоката. Или опоздать. Или не садиться в его машину.

Я бы закрыл глаза, убежал и забыл бы. Но ситуацию спасла девушка с соседнего участка. Бурьян был ей по плечи, а стебли толще, чем запястья. Она пропалывала участок. Уставшая, потная и счастливая посмотрела на меня и подмигнула.